|
 |
Оставьте свои заботы и вперед на поиски приключений... |
|
Гримаса нэпа
ен Прокофьевич, а холопов моих покормят, или распорядиться нужно?
– Я распоряжусь...
Терзаемый тяжкими думами, Зализа спустился вниз, пересек двор замка по направлению к пахнущей, на версту вокруг всякими разносолами кухне, обогнул ее и вошел в людскую, сделанную из бывшего рыцарского амбара – не на улице же дворню кормить? Здесь он сразу отличил росинских холопов, молодых и щекастых, уписывающих за обе щеки просяную кашу с рыбой, и двух стрельцов – мужиков в возрасте, с короткими бородками и усами, одетыми в красные ватные тегиляи.
– Семен Прокофьевич, – неожиданно поднялся один их холопов. – Известие у меня от барина Феофана.
И прежде чем опричник успел понять, почему у росинского раба оказалась весточка от Фени, мальчишка выпалил:
– Свены на нас напали. Более ста кораблей в Неву вошли, сам видел. И барин видел, он их сосчитал.!
Барин сказывал, людей к Анинлову сзывать станет. Биться станут со свенами...
* * *
– Ур?ра?а?а! – Феофан дал шпоры коню, и рванулся вперед, стремясь обогнать мчащегося рядом боярина Батова.
Свены, хотя нападения из заболоченного леса и не ждали, но заслон небольшой поставили, и сейчас два десятка караульных растерянно вскочили, схватившись за оружие. И прежде, чем они успели составить правильный строй, русские витязи, вылетая один за другим из прибрежного кустарника, по которому вилась тропа, преодолели десяток аршин, отделяющих их от стражи.
Боярин Старостин выбрал себе того, что был в зеленой кирасе, с красным пером на голове, и нацелил рогатину ему прямо в грудь. Однако свен подхватил с земли пику, явно намереваясь пронзить гнедому грудь и Феофан, спасая коня, приподнял рогатину, подбивая острие пики наверх. В результате широкое острие копья промелькнуло у врага над головой, и он просто отлетел в сторону, сбитый ударом широкой груди скакуна. Второго стражника, имевшего глупость снять шлем, боярин просто срубил, полосонув обоюдоострым лезвием рогатины, словно мечом, ему по голове. Свен упал, копыта гулко простучали ему по кирасе, и они ворвались в лагерь.
Вытащенные на берег шнеки и лоймы лежали слева, палатки рыцарей стояли справа, а перепуганные враги бегали везде – кто в поисках оружия, кто просто потеряв от ужаса голову. Феофан, погоняя коня легонько ткнул рогатиной в чью?то прикрытую одной рубахой спину, выдернул, метнул в живот широко раскрывшего руки усатого бедолаги, выдернул, перехватил под локоть и направил острие в кирасу набегающего с обнаженным мечом кавалера, сосредотачивая в ударе всю свою силу, тяжесть своего тела, разгон коня – и рогатина, пронзив железо, вошла глубоко в человеческую плоть.
Боярин тут же отпустил древко – по опыту знал, что после такого удара оружие назад уже не выдернуть. Он выхватил свою саблю, и тут же обрушил сверкающий суздальский клинок на спину с воем убегающего свена. Тот захлебнулся криком, кувыркнулся и остался позади. Витязь, нагнав еще одного бегущего врага, достал его кончиком клинка по шее и натянул поводья: впе
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
Последнее поступление:
|
|
|
