|
 |
Оставьте свои заботы и вперед на поиски приключений... |
|
Треволнения одного китайца в Китае.
ем. Кони тяжело переставляли ноги по глинистой тропе – поверх каждого копыта успела налипнуть грязевая блямба в полпуда весом. По счастью, идти оставалось совсем немного: подворники уже отворяли ворота усадьбы.
Хлопнула дверь, на крыльцо выскочила Алевтина, на ходу завязывая платок. Лошади в сопровождении пешцов входили по двор.
На спине одного из жеребцов лежал укрытый синим плащом воин – голова безвольно качалась на крупе из стороны в сторону, а шею прикрывала неширокая окровавленная тряпица.
– Семен! – ахнула женщина, сорвалась со своего места, сбежала по ступенькам, кинулась к коню, схватила его за расстегнутый ворот доспеха, затрясла: – Семен! Ты же обещал!!!
– Осторожней, боярыня, – испугался Василий. – Убьешь человека!
– Как, – замерла Алевтина. – О?он жив?
– Жив, боярыня. В горло ранен. Лекарь островитянский сказывал, до зимы разговаривать не сможет, а потом оклемается. Слаб пока, крови пролил много.
– Жив... Эй, Твердислав! – спохватилась она. – Снимай боярина, в дом неси.
От толчков Зализа застонал, открыл глаза. Сделал несколько хриплых вздохов, и губы его неожиданно растянулись в улыбке. Он поднял руку, указывая в небо, попытался что?то сказать – но вместо слов из горла вырывался хрип.
Подворники распустили ремни, сняли его с лошади. Семен опять помахал рукой, зашевелил губами.
– Сейчас, боярин, – прикоснулся к его пальцам ярыга, – сейчас снесем.
И Зализа сдался.
Он просто смотрел на небо, с наслаждением принимал на лицо капли, стекающие, словно слезы, по щекам, губам, застревающие в усах. Дождь. Над Северной пустошью шел осенний затяжной дождь, который мог капать Днями, неделями, месяцами, к зиме превращаясь в снег, а весной – снова в дождь.
Опричник всем своим нутром чувствовал, как вокруг набухают и поднимаются болота, как узкие тропки превращаются в ручьи, а дороги в полосы глубокой, глинистой непролазной грязи, по которой нет пути ни конному, ни пешему, ни телеге, ни волокуше, ни могучему изюбру, ни ползучему гаду.
Какой там Ливонский орден?! В ближайшие полтора?два месяца, до первых крепких морозов по Северной пустоши не сможет пройти вообще никто. Войны и разора на доверенных ему государем землях – не будет.
Дождь.
ГЛОССАРИЙ
«Ако старец на осле» – в XVI веке христианство на Руси настолько въелось в плоть и кровь каждого человека, что русские всерьез называли землю свою землей израилевой (такое наименование встречается, в частности, в письмах Курбского к царю), общались цитатами из библии или ссылками на нее. В данной тираде старика «Старец на осле» – намек на въезжающего в Иерусалим Христа, затем упоминаются «земля израилева», которую следует понимать как священную русскую землю, и, наконец, идет цитата из «Откровений», которая символизирует неминуемую и страшную кару для агрессора.
Алебарда – алебардой считается разновидностью копья, на конец которого крепится топор или секира.
Анчутка – крылатый злой дух, бесенок, обитающий в болот
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
Последнее поступление:
|
|
|
