|
 |
Оставьте свои заботы и вперед на поиски приключений... |
|
Плавающий город.
р сей потерять. Шагу без него никуда не ступал. А в общем, иноземцем Зализа был доволен – не чувствовал он в этом человеке страха, не чувствовал крамолы, и мыслей скрытных, потаенных не чувствовал.
Знакомой, многократно хоженой тропой опричник выехал к засеке и издалека, по запаху, понял кто стоит сегодня в наряде.
– Здравствуй, Василий, – кивнул он черносотенцу, жарившему над костром поджарого дикого селезня. – Все птиц стреляешь?
– Так лоси в здешних камышах не бегают, – развел засечник руками. – Придется тебе, Семен, али птицей потчеваться, али просто беседой.
– Беседой, – сделал выбор Зализа, спрыгнул с коня и оглянулся на своего стрельца: – Нислав, овса лошадям в торбы насыпь, но не расседлывай. Скоро дальше тронемся.
– Беседой, так беседой, – не стал спорить Дворкин. – Мне же больше достанется.
– Ты с кем в наряде?
– С Емельяном, сыном боярина Пушкина, – усмехнулся Василий. – Слышишь треск? Это он со своими смердами по кустам лазит, рубежи сторожит. Все кмети лет по шестнадцати, играются. Боярин сам не ездит. Их решил посылать, опыта набираться. Может, и правильно. Не в походе же учиться, коли государь позовет?
– На воде спокойно?
– Ни одной лодочки.
– Постой, – спохватился Зализа. – Так ты только с кметями? Ни Осипа, ни Агария с тобой нет?
– Нет больше Агария, Семен, – выпрямился засечник, снял толстый подшлемник и осенил себя крестом. – Сыновья его сказывают, со временем не рассчитал, после полуночи в баню пошел. Утром его уже холодного нашли. Банник, наверное, запарил.
– Жалко деда... – перекрестился Зализа и подумал о том, что случись такое месяц назад: была бы полная беда. С тремя засечниками порубежную службу он бы не вытянул ни за что. А теперь – просто деда жаль. Хороший был человек.
– Поеду я, – кивнул опричник. – У вас порядок, и ладно. А на Неве, сказывали, мужик поселился чужой. Третью неделю добраться не могу, посмотреть. Птицы много не ешь: растолстеешь, в куяк не влезешь.
– Ништо, – рассмеялся в ответ Дворкин. – Он безразмерный.
* * *
В деревеньке Кельмимаа запустения не чувствовалось. Не зияли дыры в провалившихся кровлях, не покосилась простенькая изгородь в две слеги, не шумела высокая крапива над старыми фундаментами. Скорее наоборот: в воздухе витали запахи свежих пирогов, недавно протопленной печи; торопливо чавкали с довольным похрюкиванием поросята.
– Вот так, – покачал головой Зализа. – Хоть и зовут чухонцы это место Землей Мертвых, а здесь постоянно хоть кто?нибудь, да живет...
Взгляд его упал на дом и речь оборвалась на полуслове: в стенах крайнего дома сверкали огромные стеклянные окна, чуть не в локоть шириной и высотой. Не слюдяные пластины, как в светлице у купца Баженова, а действительно стеклянные, прозрачные – как привезенные из Германии драгоценные кубки, но только совершенно без цвета.
Нислава, как ни странно, зрелище это оставило совершенно безразличным. Он подъехал к самому дому, наклонился вперед и бесцеремонн
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Последнее поступление:
|
|
|
