|
 |
Оставьте свои заботы и вперед на поиски приключений... |
|
С кем вы, «мастера культуры»
ярко?синими глазами и полным отсутствием смущения, она могла быть только порождением сна.
– Что ты делаешь? – пробормотал он.
– Ты один, и я одна, – опустилась девушка на тюфяк. – Такова скудель наша.
Рука Насти скользнула под одеяло, по обнаженной груди мужчины и уперлась в трикотажные трусы:
– Ой, что это?
– Подожди... Ну, нельзя так?
– А как еще одинокой сироте удержаться рядом с мужем? – она принялась весьма настойчиво стаскивать с него единственную деталь одежды. При этом коса защекотала Никиту по ребрам, а прохладные соски заскользили по животу. Еще недавно полностью выдохшийся и мечтающий только о сне, он вдруг почувствовал нарастающее возбуждение, приподнял бедра, позволяя снять с себя трусы, и спросил только об одном:
– Ты уверена?
– Чагой твоей стану, русалкой, зазнобой, – она уже завладела напрягшейся плотью и играла ею, то поглаживая, то слегка постукивая пальчиками.
Хомяк еще понимал, чем могут закончиться подобные неожиданные эротические игры: шантажом, обвинением в изнасиловании, вымогательством – но устоять уже не мог. Он подмял девушку под себя, сильным толчком вошел в нее. Настя жалобно захрипела, выпучив глаза – он мгновенно сообразил, что убивает ее, и откинулся в сторону:
– Ты как? – Девушка продолжала смотреть прямо над собой, широко раскрыв рот, и Никита забеспокоился: – Ты цела? Ничего не сломано?
В приступе яростного плотского желания, далеко не всякий мужчина двухметрового роста и стадвадцатикилограмового веса способен сообразить, что навалившись на семнадцатилетнюю девушку на две головы ниже ростом, он ее скорее искалечит, чем добьется ответной страсти.
– Сейчас, желанный мой, – повернула она голову и мягко улыбнулась. – Сейчас, суженый.
Она скользнула рукой по его телу, коснулась испуганно съежившегося малыша, укоризненно его потеребила:
– Вот ты какой...
Малыш встрепенулся, начал расти. Настя сдвинула простыню, коснулась губами одного соска своего мужчины, потом другого, оседлала Никиту, низко наклонилась и долгим поцелуем прильнула к ямочке между ключицами. Целуя грудь, она начала спускаться ниже и ниже, и вскоре напряженная плоть Никиты ощутила легкое щекотание курчавых волос. Хомяк рефлекторно дернулся вперед, но никуда не попал, дернулся еще.
– Сейчас, – извиняющимся тоном произнесла девушка, опустила руку вниз, направила горячий кончик во влажную теплоту, и Никита наконец?то вошел в нее, вошел всей силой, на которую только был способен.
Настя вскрикнула, закинув голову – но на этот раз в ее голосе звучало больше наслаждения, чем боли. Хомяк рвался в нее снова и снова, а она разгорячала его еще сильнее, поигрывая вперед?назад своими бедрами. Мужчине хотелось растянуть это сладострастие до бесконечности, сохранить его навсегда – но внизу живота произошел горячий взрыв, всплеск неподвластной ему эмоции, который продолжался, продолжался, продолжался, впитываясь в замершую в экстазе женщину. И лишь сорвавшийся с ее губ тонкий жалобны
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Последнее поступление:
|
|
|
