|
 |
Оставьте свои заботы и вперед на поиски приключений... |
|
С кем вы, «мастера культуры»
– замотал головой Немеровский. – С Кировска милиция придет, а ты все следы уничтожил, тела закопал.
– Вы в это верите? – опять остановился Никита. – Знаете, мужики, прямо не похож этот мир на тот, в котором по первому телефонному звонку милиция появлялась. Вы вокруг?то оглянитесь, что ли. Если все на свои места вернется, то и кошмар этот пропадет. А пока люди мертвые здесь, то и обходиться с ними нужно, прямо, по?человечески.
– А лопату ты откуда взял?
– В машине моей была.
– Вот, черт, – разочарованно вздохнул Немеровский. – А я не вожу.
Миша расстегнул фибулу на плече, снял плащ, откинул его на траву и спрыгнул в яму.
– Ты, наверное, отдохни, а я пока поработаю.
Хомяк спорить не стал, выбрался на край. Росин протянул ему початую пачку сигарет – Никита взял одну, закурил.
– Жалко людей. Как так можно? Жили, никого не трогали, детей растили. Малыши?то только свет увидеть успели. Эх?х... Как этих тварей земля носит?!
– Уже не носит, – примиряюще напомнил Росин и спохватился: – Миша, а ведь ты говорил, что у тебя бомжи...
– Да ну, мастер! – перебил его Немеровский. – Ну, разве можно: той лопатой, и могилу!
– Ладно, когда устанешь – скажи. Втроем они до темноты предали погибших земле, установили простенький деревянный крест, вырезанный Хомяком из молодого клена, поднялись в избу. Огонь в печи, как ни странно, не погас, и помещение наполняло естественное, живое тепло.
– Сено потом уберу, когда кровью пропитается, – сообщил Никита, и подбросил еще несколько поленьев.
– Ты, никак, жить здесь собрался оставаться? – удивился Росин, обходя разбросанные по полу пучки.
– А как же иначе, – пожал плечами Хомяк. – Это моя земля, моя деревня. Куда же я отсюда пойду?
Он поставил лопату в угол и вернулся к столу с бутылкой коньяка:
– Вот, в бардачке валялась. Выпить бы надо за помин души, да не знаю, куда покойным налить? Не нашлось нигде посуды.
– На землю можно плеснуть, – посоветовал Росин.
– Был такой обычай.
Никита Хомяк приоткрыл дверь, отлил на землю немного коньяка, потом вернулся к грубо сколоченному столу.
– Ну, мужики, чокаться на поминках все равно не принято... Пусть земля им будет пухом... – он вскинул горлышко ко рту, сделал несколько глотков, передал бутылку Косте.
– Пусть найдется для них царствие небесное, – отпил коньяка Росин и передал его дальше.
А к затворенной двери приблизились босые ноги, девушка, подобрав подол, склонилась к исходящей тонким ароматным парком лужице коньяка. Потом она отошла к окну и замерла рядом с окном, на тонком пергаменте которого играл алыми отблесками огонь очага.
* * *
Станислав Погожин остановился перед растерявшей всю кору сухостойной, надавил на нее со всей силы. Бывшая сосенка жалобно затрещала, но не поддалась. Патрульный поднял глаза к быстро темнеющему небу и тихо зарычал. Ему было холодно, голодно и мокро, и совсем не хотелось находиться в таком виде до утра. Милиционеру удалось найти сух
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Последнее поступление:
|
|
|
