|
 |
Оставьте свои заботы и вперед на поиски приключений... |
|
Главная тайна Толстого
дел шапку на голову, подошел к распахнутым воротам, перекрестился:
– Мир этому дому, – вошел во двор, поворотил к часовне, шагнул внутрь и, обходя церквушку, по очереди крестился и молился перед каждой иконой. Икон было не очень много, но пока сваты обошли все, мину лоне менее получаса, и одноклубники успели, переодевшись и найдя прибившегося к отряду еще в Кронштадте отца Никодима, бродящего по берегу Суйды, собраться снова, на этот раз распределив роли и примерно вспомнив, кто и что должен говорить или делать. Тамара, забрав с собой нескольких полонянок, ушла на кухню готовить праздничный ужин, Зинаида осталась в доме изображать юлину мать.
Наконец сваты вошли в дом. Опричник, скинув шапку и неистово крестясь, поклонился на все четыре стороны и громогласно спросил собравшихся вокруг людей:
– Кто хозяин в доме сем богатом, и да будут долгими его дни, да даст ему Бог здоровья богатырского, детей многих, прибытков многих и разных?
– Милостью Господа, в места сии скудель мою поворотившего, – перекрестился отец Никодим, – Здоровья и вам, гости дорогие. – Откуда Бог несет?
– Из дальней сторонушки, – тяжко закряхтел Зализа и громко стукнул посохом об пол. – Издалека мы сюда прибыли и вестимо не без дела.
– Просим милостиво, – с легким поклоном указал отец Никодим на лавку, но первым уселся сам, оставив опричнику немного свободного места. Остальные сваты расселись по другим скамьям.
– Благодарствуем за встречу ласковую, – погладил бороду Зализа, откашлялся и продолжил: – Прибыли мы сюда по делу, по торговому.
– Да торговому человеку у нас завсегда рады, – развел руками иеромонах, входя в роль. – Есть у нас для него доски струганные, мясо парное да копченое, стекла дивные прозрачные, да кубки красивые цветов всяческих. В место вы хорошее прибыли, гости дорогие, место прибыльное. Дай вам Бог еще за сто лет здоровия, да вспоминать наш товар станете с радостью. И цену невысокую возьмем, и товар погрузить поможем. Что желаете, люди торговые, леса, али снеди всяческой, али стекла холодного?
– Слыхать, есть у вас другой продажный товарец, – с улыбкою покачал головой Зализа, – а у нас купец. Ваш товар, как мы слышали, дорогой, хороший и нележалый. А наш купец – богатый, хороший и неженатый.
– Купец богатый, хороший и неженатый, это разговор совсем другой получается, – покачал головой монах. – Неженатые молодые совсем другого всегда хотят, это мы понимаем. Есть у нас товар, что и молодому неженатому по нраву придется... – отец Никодим сделал долгую паузу. – Ковер персидский есть, мягкий, что трава лесная.
В толпе одноклубников кто?то прыснул. Кто, возмущенный тупостью иеромонаха, возмущенно начал:
«Да то же сваты, он что...» – но недовольного быстро зашикали.
– Аq, хорошая вещь, ковер персидский, – не моргнул глазом Зализа. – Пусть здрав будет тот, кто хранит редкостную вещь такую в доме своем, да будут здоровы дети его и внуки. Но купец у нас, опять же, редкостный. Купец тот, Батов Варлам, сын Ев
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Последнее поступление:
|
|
|
