|
 |
Оставьте свои заботы и вперед на поиски приключений... |
|
Воспитание Гаврилова
ладовые боярского сына Толбузина, веселья в нем не стало, удали молодецкой. Не иначе немилость царскую почуял, не иначе думы черные гнетут...
– С деревеньки Еглизи на службу сам попросился, – безразлично пожал плечами Зализа, намеренно опуская подробности, делающие биографию бывшего патрульного милиционера излишне подозрительной. – Я поначалу сомневался, но мужик изрядное мастерство в огненной справе показал, бердышом работает лихо. А что саблей да мечом не владеет – так и зачем оно стрельцу?
– Да, огненная справа, дело превеликое, – причмокнул Толбузин, садясь во главу длинного пустого стола и указывая опричнику место подле себя. – Мир?то как вокруг меняется, Семен, уследить не успеваешь! Сам посмотри: Иван Васильевич, дед нашего государя с моим дедом ливонцев ходили воевать, так за всю компанию выстрела ни единого не громыхнуло! А ноне? Под Казань с нарядом из ста двадцати стволов ходили, на Литву – со ста пятьюдесятью. В каждой новой крепостице царь по полсотни тюфяков оставляет, да пищали со стволами, что голова моя пролезает! Под Казанью – всего годков?то назад несколько, пушки в ямки земляные прикапывали, клинышками на стены наводили. А ноне они уже на лафетах деревянных лежат, да с колесами, чтобы с места на место без задержки катать. Мы с тобой татар да литовцев стрелами секли, а ноне государь вольных людей в стрельцовые тысячи без устали набирает, ни одна сеча без того не начнется, чтобы жребием ворога не посечь. Да что мы, татары в набеги с пушками турецкими, да турецкими стрелками ходить начали! Дым со всех сторон клубами валит. Чую, полета лет пройдет, а внуки наши и забудут уже, как луки выглядели, на сабельный удар сойтись с ворогом не смогут, все издалека пулять станут. Куда все это катится, Семен? Дед мой не знал, как ствол пищальный выглядит, внук про лук тугой и точный забудет, а хитроумие человеческое никак не кончается. В монастырях заместо писцов машинки хитрые книги начали строчить. Одна польза, Домострой государев тыщами штук переписали. Проволоку кольчужную железные воротца тянут, ткани новые мельницы прядут, охотники на зверя с огнестрелами ходить начинают. Этак лет через сто заместо живых коней деревянные летающие появятся, а заместо писем буквы сами по тропинкам от города к городу бегать станут. – Толбузин тяжело вздохнул и покачал головой. – Давай, выпьем.
Слуги уже успели принести на стол пироги, блюдо с холодной, целиком запеченной птицей, ровно порезанной бужениной и залитые соусом куски убоины. Разумеется, появились здесь и высокие кубки вместе с пузатыми кувшинами.
– Ты представить себе не можешь, как изменилось дело воинское за пять лет, – ответно вздохнув, кивнул Зализа. – Веришь, нет, но два месяца назад крамольник, что в порубе сидит, с пятнадцатью мушкетонами три сотни ливонской конницы несколько дней удерживал, немало схизматиков в землю уложил, а все мы ни единого охотника не потеряли. Потому и жалею его. Ох, хитер в огненном деле. Хитер, разумен, храбр. В поле сметку проявляет недюжинну
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Последнее поступление:
|
|
|
