|
 |
Оставьте свои заботы и вперед на поиски приключений... |
|
Воспитание Гаврилова
да, потянулся за ними, войдя в воду выше колен и остановился. С ним происходило нечто странное, непривычное – видать, человеческая душа и тело накрепко въедались в бессмертное существо, смешивались с ним, заставляя испытывать непривычные, неведомые ранее чувства и эмоции. Но демон не видел в этом для себя ничего страшного: ведь именно ради этих странных и нелогичных переживаний, недоступных вечным бестелесным существам, он так любил вселяться в человеческую плоть. Хотя... Хотя раньше телесные удовольствия значили для него куда больше душевных переживаний. Видимо, что?то меняется. Либо – люди, либо – он сам.
Глава 3
Государево дело
До Ветвенника отряд добрался к вечеру следующего дня – идущий в первом баркасе Прослав вывел всю эскадру точнехонько ко входу в залив, а уж к причалам все вставали сами, кто как умел. Зализу местные встретили с восторгом – не столько соскучившись по государеву человеку, сколько стремясь похвастаться хорошей добычей, взятой чуть ли не месяц назад, и тому, что на этот раз набег на орденские земли прошел почти без потерь. Правда, двоих мужиков из Рыжкино стрелами все?таки посекло, но не насмерть. Да и в этих царапинах виноваты сами оказались – не послушались опричника, застряли в Кодавере еще на полдня, вот конница епископская примчаться и успела. Хорошо хоть, вовремя опасность заметили и до баркасов добежать успели – но стрел им вослед литовцы высыпали от души. Один погиб в Кодавере, у монастыря. И тоже сам виноват: нечего из?за бабы смазливой близко к вражьим крепостям подбегать. Один получил стрелу в живот при штурме монастыря, но все еще не умер – а значит, теперь уже наверняка должен выкарабкаться.
По заведенному на Руси обычаю, гостей попотчевали хмельным медом, стопили баньку, от пуза накормили копченой и печеной рыбой, солеными грибами, вареной убоиной, уложили спать на пряно пахнущих сеновалах в соседних избах.
Поутру рыбаки сами оседлали братьям застоявшихся в конюшнях коней. Старший же Батов, прежде чем подняться в седло, отозвал в сторону опричника.
– Я уже стар, Семен Прокофьевич, – негромко проговорил он, поглядывая в сторону остальных воинов. – Мне бояться более нечего. И мыслю я, не слышали мы никаких слов от Константин Андреевича. Молод, глуп. Мало ли что по пьяному делу сболтнул?
– То не просто сболтнул, то дело государево, – покачал головой Зализа. – Крамола супротив царя.
– Сколько верст мы с ним бок о бок прошли. Как он от ливонцев нас со своими иноземцами отбивал... – Боярин вздохнул. – Ну, как знаешь, Семен Прокофьевич. А мы с сыновьями никаких слов не слышали. Между собой говорили, и что там боярин Константин сбрехал, не слышали...
Он резко отвернулся, отошел к коню, легко запрыгнул в седло.
– Во Пскове увидимся, Семен Прокофьевич, – он хлопнул свою вороную кобылу по крупу. – До встречи!
Одноклубники вместе с опричником двинулись на юг на захваченных в дерптском епископстве лоймах. Да и как иначе вывести добычу из исхоженных приозерных деревень?
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Последнее поступление:
|
|
|
