|
 |
Оставьте свои заботы и вперед на поиски приключений... |
|
Воспитание Гаврилова
ину – Картышев еле успел поймать ее за руку:
– Ты куда, дура?! Он же тебя украл!
– Нет, я сама! – забилась Инга, пытаясь освободиться. – Сама! Не трогайте меня! Сама к нему пришла! Его не троньте!
– Дура, он же колдун! Он тебя заколдовал просто. Понимаешь? Заколдовал!
– Я люблю его, – заплакала Инга и опустилась перед дядюшкой на колени. – Отпусти меня к нему, Игорь, отпусти... Хочу быть с ним...
– Да не любишь ты его, дура! Это колдовство. Колдовство это. Он колдун, тебе каждый подтвердит. Знаешь, чего нам по его милости вытерпеть пришлось?
– Люблю...
– Вы не можете меня убить, – тихо сообщил епископ, глядя на это зрелище. – Только выпустить. И тогда я перебью вас всех, до единого.
– Хочешь, проверим? – Малохин поднес нож к его горлу и ощутимо нажал.
– Не нужно, – покачал головой священник. – Мне нравится это тело, и я собираюсь оставить его еще лет на двадцать. Я доведу вас до границы и отпущу на Русь, если вы сохраните мое тело в целости и сохранности.
* * *
Замкового начетника опять не нашли. Как сквозь землю провалился. А сам епископ заявил, что про казну свою ничего не знает, хранит ее начетник и никому про это не докладывает. Ему мало кто поверил, но пытать не стали. Отчасти потому, что обещали не трогать, а отчасти опасаясь, что не выдержав пытки, колдун созовет окрестную нечисть, предпочтя мукам смерть. Всю прочую дворню – и воинов, и челядь, загнали в подвал, в погреб, соседний тому, в котором сидели сами, и заперли там, задвинув засов и подперев парой высоких кухонных чурбаков.
Грабили обитель дерптского епископа на этот раз обстоятельно и рачительно, укладывая выбранное барахло на телеги. Собрали не только золото и серебро, но и самые красивые кубки и кувшины из меди и латуни, кое?какую одежонку и все оружие. Специально для Юли, которая после недельного стояния на кресте все еще не могла ходить, скатали в зале хозяина все ковры, а самого хозяина замотали в медвежью шкуру – дабы и не замерз, и не дергался понапрасну.
Караван из семи телег выехал из ворот рано утром, но двинулся не в сторону Псково?Печерского монастыря, где налетчиков наверняка ждали до сих пор, и где им пришлось бы прорываться силой, с вероятной необходимостью бросить добычу. Нет, Зализа приказал Прославу вести обоз на Пярсикиви, куда они и вышли тем же днем в поздние сумерки.
Разбежаться из рыбацкой деревни народ, вестимо, не успел, сопротивляться тоже не мог: ну куда засечному наряду в десяток престарелых латников супротив трех десятков крепких воинов кидаться? Позапирались в избах, понимая, что против топора либо тарана дверь все одно не защитит.
Но на этот раз нищета рыбацкая русских не заинтересовала ничуть. Гости лихие выбрали три баркаса покрепче, и принялись перегружать на них содержимое обозных телег. Среди прочего имущества выгрузили и дерптского епископа.
– Руки развяжи, – попросил священник Малохина. – Затекли, не чувствую совсем.
– А не учудишь?
– Да где уже теперь? –
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Последнее поступление:
|
|
|
