|
 |
Оставьте свои заботы и вперед на поиски приключений... |
|
Не надо спекулировать
ад братья! Поворачивай! На Дон уходим! Домой!!!
Разворачиваться в тесноте строя было совсем не просто – но никакой опасности казакам в эти мгновения не грозило, а потому они справились быстро, никого не задавив и не покалечив. А потом все вместе дали коням шпоры, уносясь самым стремительным галопом, какой только могли позволить отдохнувшие за ночь лошади.
– Ал?ла! Ал?ла! Гей! – послышались позади радостные выкрики, громкий посвист. Даже не оглядываясь, боярин понял, что степняки кинулись в погоню. Нет большего удовольствия для любого воина, чем рубить беззащитные спины еще недавно грозных и глумливых врагом.
– Ничего, – пробормотал дьяк. – До нас далеко. Дайте только от чудища ускакать.
Одинаково легко вооруженные всадники мчались на одних и тех же брюхатых степных скакунах, одинаково уставших вчера в бою, и отдыхавших на одной и той же траве. А потому копыта верста за верстой били во влажную землю, отбрасывая назад большие черные комья, а расстояние в два полета стрелы между спасающимися и преследователями почти не сокращалось. – Пора... Пора атаман! – боярин начал натягивать поводья, замедляя галоп, и смотря направо и налево, чтобы его примеру последовали остальные. Боярские дети и холопы, заметили его маневр сразу, казаки пронеслись немного вперед, но атаман Черкашенин уже орал что?то воинственное.
Скакать долго в плотном строю довольно долго, а потому всадники разошлись на одну?две сажени друг от друга, и развернуть коней труда не составило. Даниил Федорович выхватил саблю и помчался на такой же рыхлый строй преследователей. – Москва!!!
Рубка на встречном ходу – штука быстротечная. Да еще вне строя, когда каждый раз один на один, каждый раз только сам за себя. Ближний степняк – молодой, легкий, горячий, вырвался вперед, а щита держать не умеет. Боярин, сталкиваясь, ударил окантовкой своего щита по низу татарского, верх открылся. Сразу – н?на туда саблей! Следующий татарин – удар! Треснули щиты, звякнули сабли, так и не дотянувшись до тел. А лошади скачут, и они уже разошлись, невредимые, и впереди новый враг. Щиты столкнулись, поднялись до уровня голов. Дьяк наугад чиркнул клинком снизу вверх, протянув его чуть вперед, и попадая между вражеским щитом и телом татарина. Ощутил легкий толчок – кажется, попал лезвием по рукам. Значит, степняк мертв – не добьют беззащитного, так все равно кровью истечет. Но и он уже позади, а на него мчится огромный татарин, поднимая щит выше головы и наваливая его сверху, норовя закрыть все небо, а заодно – не дать разглядеть, откуда последует удар. Дьяк опустил щит ниже – в таких случаях обычно как раз понизу уколоть пытаются, а рубанул басурманского коня по крупу – пусть пешком ходит. А там, глядишь, и стопчет кто?то из своих. И опять они разминулись, опять скачка. Опять татарин поднимает щит выше, а над ним сверкает острый стальной кончик. А раз сабля сверху – значит там можно прикрыться клинком, а окантовкой щита на всем скаку ударить в живот, расплющивая внутренности до самых по
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
Последнее поступление:
|
|
|
