|
 |
Оставьте свои заботы и вперед на поиски приключений... |
|
Не надо спекулировать
рюмки. Не утерпев, добавила: – Среда сегодня, боярин. Пост.
– Ступай, – отмахнулся опричник и что?то запел себе под нос водя указательным пальцем с одного кувшинчика на другой. – Э?э?э... Анисовую!
Он разлил водку по чаркам и они, наконец?то, выпили.
– Сам?то почто не женился, боярин? – Росин опять потянулся к грибам.
– Служба... Самому невесту искать недосуг, государь пока не озаботился. Хотя, думаю, ужо пора. Тридцать годков под Богом хожу, самое время остепениться. А то Сильвестр давно косо смотрит, царю шепчет на ухо что?то. Два раза проповеди про содомию читать пытался. Он вообще окромя как про содомию ни о чем думать не может. Даже государю о прошлом годе письмо с предостережениями прислал, но тот его к себе призвал и долго ругал словами нехорошими. В монастырь Соловецкий обещал послать для излечения от дурных помыслов... За государя вишневую нужно опробовать...
Боярский сын снова разлил водку по рюмкам. Они выпили за здоровье Ивана Васильевича и, отдельно, за долгие ему лета.
– Так как на счет подарка красивого для Насти моей? – напомнил гость.
– Ну, это у нас несложно, Константин Алексеевич, – кивнул Толбузин. – Нынешним летом два ювелира венецианских лавки возле Кремля открыли. Дивной красоты вещицы чеканят. А самоцветы так в золото и серебро ставят, что непонятно, на чем и держатся. В Китай?городе мастерскую кружевную немцы какие?то открыли. Из Лиона, сказывают, приехали.
– Может, французы? – засомневался Росин.
– Немцы, немцы, – уверенно мотнул головой опричник. – Языка нашего не разумеют, а соседям?купцам сильно жаловались, что в стране у них одни схизматики других начали резать со страшной яростью, ни детей малых, ни стариков не щадя. Страсти жуткие, бают, сказывали. Татары краше схизматиков от рассказов тех кажутся, хоть и басурмане.
– Это да, – кивнул Росин. – Мусульмане хотя бы никогда и никого не убивали во имя веры. По крайней мере, сейчас. А здесь, у нас что происходит, боярин Андрей? А то тоже слухи ползут странные...
– Много чего происходит, Константин Алексеевич, – тяжело вздохнул опричник, разлил по рюмкам водку из третьего кувшинчика, поднял свою чарку и поднес к глазам. – Государь указом своим продажу вина и водки во всей Москве запретил, разрешив сие лишь в одной слободе. Ныне смерды ее только так уже и называют: Наливки. А по Руси наказал запретить отрокам и женщинам входить в кабаки под любым предлогом, дабы к зелью сему не приучались...
Боярский сын опрокинул чарку в рот и тут же наполнил ее снова.
– Еще государь задумал силы страны нашей преумножить, самый корень ее укрепив. Воевод, на кормление в волостях посаженных, он от власти отстранил, наказав людям вместо них самим себе старост на местах выбирать. Чтобы верили им, в корысти не обвиняли, а коли воровать начнут – так и снимали сами, до государя дела сего не доводя. Школы приходские открывать приказал... Ну, это ты, Константин Алексеевич, знаешь... В войске русском местничество запретить решил. Пото
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
Последнее поступление:
|
|
|
