|
 |
Оставьте свои заботы и вперед на поиски приключений... |
|
Не надо спекулировать
женными волосами. – С удовольствием.
Хозяйка вздрогнула от неожиданности, увидев гладко выбритое, а потому показавшееся очень молодым лицо, потом спохватилась, протянула корец. Монах жадно осушил посудину, дохнул особенно густым после горячего напитка паром.
– Спасибо, вкусная вещь, – вернул он корец женщине. – А скажи, хозяин, отчего у тебя угол у дома покосился? Почему не поправишь?
– Дык, – пожал плечами Первушин, – Как пожар будет, так потом ровно и отстрою. Чего лишний раз дом ворошить?
– Давно, что ли, пожара не случалось?
– Уж годков тридцать Бог милует, – торопливо перекрестился хозяин. – Долго ужо.
– От, бред... российский, – рассмеялся монах.
И понимаю, что бардак и лень, и разозлиться не могу.
Тем временем холопы накрыли стол, принесли скамью.
– Садись, барин, – пригласил Антип, кинув рядом с тарелкой чистую сатиновую тряпицу.
– Отчего в дом не войдешь... э?э?э... – смотритель яма задумался, не зная как обратиться, но быстро вывернулся: – Гость дорогой?
– Взопреть в тепле боюсь, – монах уселся за стол. – Дорога еще дальняя. Кстати, холопы мои что заказали?
– Поросят молочных...
– От, засранцы, – покачал головой гость, придвигая к себе тарелку с красной копченой рыбой. – Совсем не берегут хозяйского кармана.
– Может, водочки яблочной или сливовой доставить для согрева? Али романеи?
– Нет, ни к чему это, – покачал головой монах. – А сбитеню еще принеси, понравился.
Подкрепившись, холопы перекинули седла на скакунов, шедших до яма налегке, один из отроков кинул низко поклонившемуся мужику пару монет, после чего гости дружно поднялись в седла и, сразу перейдя в галоп, вылетели за ворота, едва не своротив с дороги груженые длинными тюками сукна сани.
С каждой верстой движение на тракте становилось все более и более оживленным. Сани и редкие телеги ехали уже по три ряда в каждую сторону, однако то и дело случались заторы – особенно перед поворотами к стоящим по сторонам дымящим трубами деревням и каменным монастырям с хищно выглядывающими из бойниц пушечными стволами. Холопы все чаще брались за плети, расчищая путь – отгоняя в стороны мужицкие и купеческие повозки, грозно рыкая на медленно едущих всадников, отчаянно ругаясь со столь же наглыми ямщиками и нещадно стегая чужих лошадей.
Ямщики и возничие, привыкшие к подобному обхождению на московских дорогах, спорили, но дорогу уступали, крутя головами и пытаясь угадать, какого князя или боярина везут в столицу отроки. Однако скромный монах их внимания не привлекал, а потому они так и оставались позади в полном недоумении.
В самой Москве стало неожиданно легко – въехавшие в ворота повозки распределились по многочисленным улицам с куда менее оживленным движением. Правда, привыкшие к кристальному воздуху дубовых и кленовых рощ по берегам Осетра холопы, да и их хозяин один за другим стали заходиться в кашле. В воздухе постоянно висел запах гари – дымы поднимались из тысяч и тысяч труб, повисая над город
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
Последнее поступление:
|
|
|
