|
 |
Оставьте свои заботы и вперед на поиски приключений... |
|
Проводник
н замка вошел в пыточную камеру и, не обращая внимания на почтительно склонившегося слугу, с интересом пошел вдоль стен, касаясь кончиками пальцев вмурованных в них черепов. Иногда он останавливался и с интересом вглядывался в темные глазницы той или иной мертвой головы.
– Прикажете раскалить щипцы, господин епископ? – негромко напомнил о своем существовании палач.
– Да, конечно, – небрежно кивнул священник, продолжая свой обход.
Пленница, увидев легший на угли пыточный инструмент, снова забилась на кресте, и обратила на себя внимание местного властителя. Епископ направился к ней, остановился в полушаге, протянул руку, пощупал ее грудь, провел рукой по щеке, скользнул по боку до бедер. Опустил глаза вниз, с интересом посмотрев на свои штаны. Чему?то усмехнулся.
– Клещи уже горячие, господин епископ, – сообщил слуга.
– Тогда вынь у нее кляп, – разрешил хозяин. Палач открутил барашек на затылке, перекинул через верх металлическую ленту, рванул на себя широкую затычку.
– А?а?а!
От обрушившегося на него вопля бедный слуга аж подогнул колени, отскакивая в сторону, и закрыл уши руками. Выскользнувший кляп, радостно подпрыгивая, покатился под верстак.
– Козлы! С?суки! Синкопы! Уроды! Твари! Гомики! Сволочи! Кастраты! Отморозки! Жабы прыщавые! Паскудные задницы!
Проезжавший мимо епископского замка серв испуганно натянул поводья и повернул голову: темная каменная громада низко гудела изнутри, словно брюхо голодного нищего, увидевшего хлебную корку. Спохватившись, он наддал кобыле свободным концом вожжей, та сорвала сани с места и понеслась бодрым галопом.
– Я сейчас, господин епископ, – спохватившись, засуетился подмастерье пыточных дел. – Клещи, клещи. Красные уже.
– Нет, каков голос! – изумленно распахнул глаза священник. – Каков! Я слышал, но даже не представлял!
Слуга подскочил ближе, удерживая в рукавицах горячие рукояти пыточного инструмента, попытался зайти с одной стороны, с другой – но хозяин стоял так неудачно, что подступиться к пленнице никак не удавалось. Распятая девушка, провожая взглядом темно?вишневые губки клещей, смолкла.
– Вот это голос! – в восхищении покачал головой хозяин замка. – Вот это стоит услышать! Слушай, смертная, спой мне. Спой, как ты умеешь.
– Не буду! – упрямо вскинула подбородок пленница.
– Почему?
– Почему?! – певица аж задохнулась от возмущения: – Почему? Почему? Ты... вы... меня... Не хочу!
– А чего же ты хочешь?
– Чтоб ты сдох! – едва не выкрикнула Инга, но вид раскаленных щипцов успел напомнить ей, что она находится в полной власти этого маньяка. И если его разозлить, это может откликнуться лишними муками. И вместо проклятия она выкрикнула самое дерзкое требование, какое смогла придумать обнаженная, распятая на кресте жертва, уже успевшая выслушать планы врагов относительно своего ближайшего будущего: – Я хочу теплую постель, красного вина и жареную курицу!
Палач весело расхохотался, щелкнув щипцами:
– Сейчас я тебя
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Последнее поступление:
|
|
|
