|
 |
Оставьте свои заботы и вперед на поиски приключений... |
|
Проводник
еще с тремя мужиками, кухню, куда ходить за едой – а потом бросили одного. Кормили неплохо – с утра, правда, всякой размазней из тыквы али пареной репой, но на обед давали кашу с мясом и мясную или рыбную похлебку, вечером – простую кашу с жиром или салом. Работать никуда не посылали. Пару раз он сходил, проведал свои сани и Храпку. Бомбарда оказалась на том же месте, что и была, вместе с ядрами, а кобыла бодро жевала сено и выглядела бодренькой.
Третьего утра он решил найти старичка, явно служившего у боярина начетником, и попросить себе работу – ни к чему на новом месте славу бездельника наживать. Но Лука, отмахнувшись, велел только после полудня запрячь свою лошадь и ждать его во дворе.
До этого времени Прослав успел вычесать Храпку, поговорить с ней, проверить ноги, вычистить подковы. Она уже застоялась, заскучала и сама просилась в оглобли.
К полудню Лука привел двух кметей, которые бодро перекидали в ближайший сарай ядра, а потом отнесли туда же и бомбарду. Промороженные свиные окорока не тронули, даже не спросили: брать, не брать.
– Ну, пошли, – махнул рукой старик и направился к воротам.
Серв, тряхнув вожжами, послал кобылу следом и завалился в сани. Лука, не оглядываясь, шел по дороге – в лаптях, длинной рубахе ниже колен, в одной душегрейке и с непокрытой головой, и от такого зрелища Прославу становилось холодно даже в шубе и валенках. Он поминутно собирался окликнуть начетника, и предложить сесть в сани, но не знал, как к нему обратиться. По имени? Али по званию? Господин или не господин? Так ни звука и не произнес.
Они выбрались на Оредеж, поднялись вверх по течению, потом свернули в лес и довольно долго пробирались по ломающемуся под полозьями насту. Внезапно лес отодвинулся вправо, и они оказались с краю широкого открытого пространства – Прослав понял, что здесь и находятся деревенские поля.
А примерно через час впереди показалась огромная, чуть не в полтора раза выше сапиместских домов, изба. В паре мест на ней провалилась кровля, одно из окон оказалось порвано, но в целом она выглядела достаточно добротной.
Старик дошел до крыльца, развернулся.
– Вот она какова, деревня Ляды, – сказал он. – Пашни при ней пять чатей. Там, за пригорком, луг. Дальше – Карловская вязь.
– А с хозяевами что? Мор случился?
– Нет. Никитка дурачком оказался, прошлой зимой его шатун задавил. Стариков дочь к себе, в другую деревню забрала, а земля, видишь, осталась. За хозяйство барин тебе пять лет закупа кладет. До того – два года без оброка и барщины. До реки полторы версты. Себе рыбу можешь ловить невозбранно, но коли на продажу возьмешь – каждую седьмую монету боярину отдавай. Что еще? Ягода?грибы опосля... Колодец тут внизу сам найдешь... Ну что, Прослав? Живи.
Лука обогнул его, пригладив развевающуюся на морозном ветру бороду, и по проложенной колее направился назад.
Серв поднялся на крыльцо, прокашлялся, потянул на себя дверь и вошел в дом. Он оказался в сенях – на небольшом балкончике,
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Последнее поступление:
|
|
|
