|
 |
Оставьте свои заботы и вперед на поиски приключений... |
|
Письмо
ков на дранку распустить и крышу покрыть. Пожалуй, сегодня этим и стоит заняться.
Он пошел в избу, зачерпнул плавающим в бадье корцом чистой колодезной воды – в реке вода текла бурая, торфяная, потому дед колодец и отрыл. А он два овина поставил. Семь лет назад по осени их овин сгорел, и они всю зиму сидели без хлеба – на одной репе, грибах, моркови, мясе и яйцах. Тот год надолго запал ему в душу, и овинов он поставил два, и регулярно оставлял в подношение овиннику немножко молока, когда коза доилась, и краюшку хлеба.
И баню решил поставить тоже он сам. Точнее – Лада уговорила. Они в семье обычно мылись и парились в печи, благо в топке вдвоем поместиться можно, а вот сосватанная ему деваха привыкла к более просторному помещению. Ему лишний сруб ставить и печь класть лениво все было – ну да «ночная кукушка» коли захочет, своего всегда добьется.
Касьян почувствовал, что нужно открыть входную дверь. Без какой?то особой цели, а просто – нужно. Некоторое время смерд непонимающе смотрел на сколоченную из толстых досок створку, а потом ему стало любопытно. Мужик прошел по сеням и отодвинул затвор.
На крыльце стоял высокий худощавый человек с узким, вытянутым книзу скуластым лицом, впавшими щеками и холодным, как осенняя сосулька, взглядом. На голове его свисал большими бархатными краями присыпанный снегом берет, натянутый ниже ушей, на груди, под распахнутым плащом, тонул в черном песцовом мехе большой золотой крест. Ноги были упрятаны в коричневые сапоги из толстой кожи.
Касьян попятился. Гость вошел в дом, а следом за ним внутрь побежали одетые в богатые, но однообразные синие кафтаны воины. Почуяв неладное, мужик потянулся к стоящим в углу вилам, но рука внезапно онемела, и по ней пополз неестественный холодок. Все, что теперь мог сделать Касьян – это шагнуть в жилые помещения следом за незваными гостями.
Худощавый человек, не торопясь, ходил из комнаты в комнату, хозяйственно оглядываясь. Один из воинов его свиты присел на корточки перед маленькой девчушкой и, тихонько цыкая, тыкал ей в живот пальцем. Двое других, не стесняясь хозяина, подступили к его жене. Один тискал обеими руками груди, другой вовсю лез под юбки.
– Касьян! – испуганно закричала Лада, но рука мужа, метнувшаяся к топору, снова онемела до полной недвижимости.
– Для серва ты слишком богато живешь, – гость говорил с сильным акцентом, а не ливонским говорком, на котором перекидывалась между собой фразами его свита. – Ступай к скотине.
– А ты погоди, – перехватил молодую женщину третий воин, присоединившийся к двум другим. Ладе задрали нижнюю юбку чуть не на голову и поволокли к скамье.
– Касьян!
Рука мужика задрожала, он едва не зарычал от бессилия, но непослушные ноги развернули горящее от ненависти тело, вывели его во двор и прошли еще несколько шагов до сеновала. Громко хлопнула дверь, отрезая женские крики, и он упал на доски пола, в бессильной ярости колотя по ним кулаками.
Перестав баловаться с неожиданно расплакавшейся
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
Последнее поступление:
|
|
|
